Для газетчиков 1 мая, 7 ноября и 31 декабря вообще были днями особенными. Потому как рабочими. Конешно, трудилась так называемая "дежурная бригада", но в бригаде этой все равно состояла большая часть редакции.
Тут надобно разъяснить, что по совецко-партийным понятиям трудящиеся обязательно должны были прочесть репортаж о праздничной демонстрации. А это значит, что газета с красными заголовками должна была оказаться в их почтовых ящиках не только 1 мая (7 ноября), но и на следующий день, а также 1 января.
Но оставим для ясности только один день. Предположим, 7 ноября 1982 года. Аккурат перед самой кончиной Леонида Ильича. Самый пик СССР, с которого потом всё и рухнуло. Скромная городская газета немыслимым по нынешним временам тиражом 60 тысяч экземпляров.
Итак, номер на 8 ноября, разумеется, написан, набран и сверстан заранее. Дураков нет оставлять эту муку на праздничный день. И даже репортаж о демонстрации уже написан - так называемая "рыба" составлялась на основе казённого сценария и казённых же речей. Налёт оперативности придавался фотоснимками и вкраплениями в текст каких-то мимолетных "интервью" с передовиками производства (на самом деле важно было лишь удостовериться, что Иван Иваныч Иванов, токарь 6-го разряда, действительно шагал вместе с родным цехом на демонстрации, а уж что он говорил и говорил ли вообще - не его забота).
Определенный напряг доставляли телетайпные ленты. Мало ли что наговорят там с мавзолея... Добро бы в изложении ТАСС - займет две колонки. А если велят ставить всю простынь доклада Генерального секретаря ЦК КПСС, Председателя Президиума Верховного Совета СССР, маршала...? Это ж решала не редакция: телетайпная лента ТАСС предписывала, газетам какого ранга какой вариант ставить. И если речь целиком - то празднику привет, переверстывается практически весь номер...
И тогда квасить приходится урывками, не выходя из корректорской и не отходя от верстального стола.
Как ни странно, обходилось в основном без накладок. Потому как линотиписты и верстальщики - наш рабочий класс - сознавали ответственность: их ведь тоже ждал дома накрытый стол и стынущая водка.
Благодарение партии и правительству - следующий за праздником день они дальновидно сделали выходным. Так что самый кайф был, когда вечереет, все в городе уже в дымину, на улицах только обрывки шариков напоминают о демонстрации, - а ты почти трезвый только-только торопишься в тёплую компанию и предвкушаешь...
Эх! Молодость.
Вот ведь вспомнилось.
